Русин Ларион, митрополит Киевский.

Марина Попова


№1 2015г

попова рис1Летопись «Повесть временных лет», год 1051: «Поставил Ярослав русина Илариона митрополитом».
Протопресвитер Ларион (Илларион) служил старшим священников в церкви во имя святых Апостолов в княжеской резиденции – селе Берестове. Неподалёку от Берестова, на берегу Днепра, во бору ископал себе Ларион пещерку для уединённой молитвы.
Прибыл в Киев, принявший на святом Афоне постриг, будущий святой Антоний Киево-Печерский, основатель Лавры. Искал он место для монастыря. Подсказали ему: есть село Берестово. А неподалёку от того села уже и пещерка первая ископана – Ларионова. К Антонию сам Ларион приехал на пострижение и был первым пострижеником Антония на Киевской земле. А затем Антоний перебрался в Иларионову пещерку. От того и пошёл монастырь – Киево-Печерская Лавра.
Сам же Иларион (Илларион) оставил свои мечты об уединённости. Бог подсказал: его монашеский подвиг в просвещении Руси. А просвещённый народ — это народ православный и «книжный», то бишь грамотный. «Велика бывает польза от книжного учения, и так как книги учат нас и указывают нам пути покаяния, в книгах мы обретаем мудрость и воздержание, и подобны они рекам, напояющим вселенную» — так напишет о книжном учении Ларион.
Илларион стал известен в Киевской Руси, он – проповедник и великий писатель. Он напишет такие произведения, как «Молитва», «Кормчая книга» или «Номоканон» — свод церковных правил, «Исповедание веры», «Похвала Ярославу Мудрому»… и конечно, «Слово о законе и благодати» или «Слово о законе, Моисеем данным, и о благодати и истине Исусом Христом бывшии…» «Слово о законе и благодати» — пасхальная проповедь Иллариона, произнесённая на Киреопасху 26 марта (ст. ст.) 1049 года. Пасха тогда знаменательно совпала с Благовещением. И вот в этот дивный судьбоносный день протопресвитер Иларион вышел с проповедью: рассказать своей пастве, что они – народ русский. Это сочетание слов «русский народ» доселе не употреблялось. Вместо него использовали словосочетание «Русская земля». Народ как бы растворялся в понятии родной земли. И вот Илларион впервые напомнил киевлянам о том, что они – не просто песчинки или пылинки земли; они – народ Божий. Человек внутри своей души принимает нравственный идеал благодати. Благодать имеет живой образ – образ Христа.
Илларион имеет достоинство. Не гордость, нет! Но достоинство. И призывает всех русинов иметь его. Так, например, он говорит о святом равноапостольном князе Владимире: «Святой Владимир не в худой и не в неведомой земле владычествовал, но в Русской, которая ведома и слышима всеми концами земли».
Илларион впервые ввёл в обиход понятие «соборность». Именно соборность поддерживает жизненный пульс народа. Ослабеет пульс или вовсе остановится: — остановится сердце народа, и народ погибнет. Что же такое «соборность»? Соборность, по слову проповедника, это единство народа в исполнении христианского долга. Каждый человек в народе стремится уподобиться Христу – «обожиться», то есть воплотить в себе нравственный идеал православия. Кто христианин, кто хочет стать похожим на Христа – тот человек и часть народа. Кто не христианин и не стремиться к «обоженности» — тот не человек и не народ. Когда желание стать образом Божьим становится сердечным желанием каждого – тогда объединяется народ и становится «соборным», то есть соединённым во Христе. Так «Словом» было положено начало образования русской православной государственности (что потом будет уничтожено расколом церкви и в дальнейшем – синодальным периодом).
«Во всех домах своих русский народ восклицает: «Христос воскресе из мертвых!» Славящие Христа имеют и возложенные на них обязанности перед всем миром, и своё право просить у Господа защиты. «Мы – люди Твои!» А что из этого вытекает? А то, что может православный человек просить Бога: «Пригрози соседям, бояр умудри, города умножь, Церковь Твою укрепи, достояние Своё убереги, мужчин, женщин и младенцев спаси». Убережения достоин свой. Не будет народ Богу Своим – не нужен такой народ Богу. Не за чем его сберегать: Бога просят об убережении Его Господнего достояния – Своего Народа.
Илларион так высоко ставит Крещение (как святое желание человека быть Божьим, Своим Богу), что называет крещение фактом, который уже является залогом спасения. Христианство Иллариона имеет ярко выраженный оптимистический характер. Он наследует в этом традицию Кирилла и Мефодия. Чем может обеспечиться общность народа, его единство? Исключительно Литургическим служением. Только Евхаристия делает народ единым, соборным. А дальше? Выйдя из храма, этот соборный народ должен жить земной жизнью: иметь хлеб земной и насущный. Обоженный народ, приобщившийся хлеба небесного, и свою земную жизнь будет устроять по Божьему подобию. Чем и исполнится вторая заповедь, данная людям ещё в раю: наследуйте землю… «Наполняйте землю, и обладайте ею». Земная жизнь – это, пусть и слабое отражение, но всё же отражение небесного рая, а не поднебесного ада. Люди могут и должны стремиться жить по Божьим заповедям и по Божьим же заповедям строить свои отношения в государстве друг с другом. Этим древняя Русь кардинально отличается от России предреволюционной – 19 века, где в обществе царило уныние и стойкое утверждение, что человек грешен и никогда не сможет устроить хорошо и ладно свою земную жизнь. Хорошо может быть только «ТАМ», а «ТУТ» — мир, полный греха, порока и человеческой слабости. Потому не стоит и стремиться делать земную жизнь лучше. Она всё равно временна, полна горя и слёз. Человек обречён на жалкое земное существование. Лишь смерть даст избавление. Мы видим как бы два православия, хотя одна вера во Христа. Но как она разна! Как не похожа Русь древняя, Русь Ларионова на Россию предреволюционную, утерявшую жизненный пульс. У Иллариона – мы просто обязаны «обожиться». Чтобы стать воистину Христовыми. А значит, все жизненные проблемы будем решать, и все земные человеческие отношения будем строить, подражая Христу – идеалу, образцу… На земле возможны Доброта, Любовь, Справедливость, Честь, Совесть, мудро устроенное государство… И Русь предреволюционная: идеал невозможен, на земле невозможны Доброта, Любовь. Радость, Счастье… (отголоски этого уныния можно и до сих пор встретить у наших современных священников). Первая Русь, радостная и верящая в счастье и справедливость уже здесь, на земле, росла и крепла. Другая же Русь, Русь унывающая, погибла в огне революции. И в самом деле: что Небу сберегать? Землю, которая даже не старается стать похожей на Небо, считая это невозможным? Такая Земля не нужна Небу.
Вторая важная мысль «Слова»… Закон – это Завет Ветхий. Благодать – Завет Новый. Закон – всего лишь «слуга благодати и истины». Ветхий Завет – это одна Иудея. Новый Завет – весь мир. «Крещение благодатное обижаемо было обрезанием законным». Эту же мысль много раньше высказал и апостол Павел.
Просил о Киеве Иларион: «И доколе стоит мир… не предай нас в руки чужеземцев, да не прозовётся город Твой городом плененным». Но напомню мысль Иллариона, приведённую выше: уберегается Господом только СВОЙ.
Прославлению русских святых очень мешали греки: русское духовенство не имело права канонизировать тех, кого почитал народ. Святыми были только чужестранцы. А когда народ поклоняется только чужим святым, он не имеет веры в самого себя и не имеет в себе идеала. Идеал – только на стороне, а мы – хуже. Святость – это признание: человек захотел в какой-то момент жизни уподобиться Христу. Человек жил этим идеалом. И ему многое удалось. А если удалось не чужеземцу, а своему, земляку, то почему я не смогу? Каждый может быть свят, если будет трудиться, если захочет. Чтобы дать народу идеал, надо знать, что есть рядом те, кто подражал Христу хоть в чём-то, хоть в какой-то малости… И преуспел. Надо, кровно необходимо для жизни каждого народа иметь своих святых. Потому Илларион добивался прославления и канонизации, как равноапостольных, Владимира и Ольги, считая их подвиг в чём-то даже выше апостольского: они не видели Христа и уверовали в Него! Император Константин был причислен к лику святых уже за то, что сделал христианство государственной религией. Владимир, по мнению святителя, имел здоровые корни, поскольку его отец разгромил Хазарский каганат и освободил Русь от иудейского ига. А сын его, равноапостольный князь Владимир принял православие, сделав его государственной религией Руси.
попова рис2С 1036 года правил сын Владимира Ярослав Мудрый. Он получил образование в Киевском училище, кое завёл его отец. Взгляды князя и протопресвитера Лариона были одинаковы: сильное православное и книжное государство. Князь внимательно следил за проповедями и деятельностью Лариона. Мечта князя – русские церкви оформить в самостоятельную, полноценную митрополию, свободную от греческой и византийской зависимости. Митрополитов ставил на Руси Константинополь. И все они были греки. Русь тогда находилась в состоянии войны с Византией. Тут скончался митрополит грек Феопемпт (Феопемт – встречается и такое написание). «И вложил Бог князю в сердце и поставил его (Иллариона) митрополитом в Святой Софии». Князь Ярослав Владимирович вместе с собором русских епископов сам поставил митрополитом русина Лариона, что было для того времени нарушением правил обычного поставления. Поставление прошло в 1051 году в Киевском соборе святой Софии. Соборы святой Софии — Божьей Премудрости были главными в то время и в Константинополе, и в Киеве, и в Новгороде Великом.
попова рис3Всеми силами трудились митрополит и князь, старались и радели о просвещении Руси и её самостоятельности. За годы их совместного правления благоустроилось богослужение, умножились училища, создавались библиотеки, тратились огромные деньги на переписку старых книг и на приобретение новых, появилась Лавра и множество подвижников в ней. Людям был дан идеал. Появился смысл жизни. Поставление своего митрополита-русина – подвиг князя Ярослава, до конца не оценённый его потомками.
К сожалению, пробыл митрополит Илларион на своём престоле всего три года. В феврале1054 года (число указывают в разных источниках разное; чаще называют 2 февраля) преставился великий князь Ярослав Владимирович Мудрый. Уже на следующий день митрополита сместили. На его место прислали грека. Илларион удалился в Киевские пещеры, где принял схиму и святую кончину, и честное погребение.
Ни Ярослав, ни Иларион не приняли уже тогда начавшую формироваться унию. Именно эти разногласия (готовящееся униатство) и побудили князя поставить митрополита самостоятельно и тем сохранить чистоту православной веры на Руси. Новые князья этой самостоятельной лини Руси не держались. В Киеве было много знатных людей, разделявших униатство и стремившихся соединиться с латинянами. Они и сместили Лариона. Имя русина Лариона после 1054 года больше нигде не появлялось. Но «Слово» его было услышано и не погибло. В пасхальном «Слове» зародились истоки русской соборности, собранности народа вокруг церкви. В пасхальном «Слове» — чистота, оптимизм и радость православия. Это бесценное зерно было поднято ладонями московских князей, посажено ими в московской земле и долгое время благодатно взращивалось и давало обильные благодатные урожаи…. До времени национальной катастрофы – церковного раскола.

Читателей — (63)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *